+7 (499) 350-00-15
Избранное 0

Отказ внести данные ребенка, рожденного в результате суррогатного материнства, в государственный реестр не нарушает права на частную жизнь

Дело «D против Франции» (D v. France) (жалоба № 11288/18) касалось отказа внести в реестр рождений, браков и смертей Франции информацию о рождении ребенка, появившегося на свет за границей от суррогатной матери, с тем чтобы в реестре была указана в качестве матери та женщина, которая по факту является генетической матерью ребенка.

Заявители по делу – г-жа D, г-н D и их дочь D, 1972, 1957 и 2012 годов рождения соответственно, проживающие в городе Кан-ан-Руссийон (Франция). Третья заявительница родилась на Украине от суррогатной матери. В ее свидетельстве о рождении, выданном 3 октября 2012 г. в г. Киеве (Украина), указано, что г-жа D и г-н D являются ее матерью и отцом.

Г-жа D и г-н D поженились в 2008 году. Их дочь родилась в сентябре 2012 года на Украине от суррогатной матери. В свидетельстве о рождении, выданном в г. Киеве, оба заявителя указаны как мать и отец без упоминания женщины, которая родила их ребенка. 20 сентября 2014 г. заявители обратились в консульство Франции в Киеве для внесения данных из украинского свидетельства о рождении ребенка в реестр рождений, браков и смертей Франции. Заместитель консула ответила, что, с учетом особой природы ситуации, в которой оказались заявители, она решила отложить внесение данных и выдачу семейной книги записей (livr et de famille) и передать вопрос на рассмотрение общественному прокурору города Нанта. Общественный прокурор г. Нанта проинформировал семейную пару о том, что имеющиеся инструкции Министерства юстиции Франции, касающиеся реализации постановлений Европейского Суда по правам человека по делам «Меннессон против Франции» (Mennesson v. France) и «Лабасс против Франции» (Labassee v. France), предписывают приостанавливать производство по всем заявлениям, связанным с суррогатным материнством.

27 января 2016 г. г-н D и г-жа D подали иск против общественного прокурора г. Нанта в суд высшей инстанции, требуя решения вопроса о внесении данных украинского свидетельства о рождении ребенка во французский реестр. 12 января 2017 г. суд высшей инстанции г. Нанта удовлетворил жалобу. Судом было отмечено, среди прочего, что указание в свидетельстве о рождении на г-жу D как на мать ребенка, несмотря на то что не она родила девочку, не может, учитывая лучшие интересы ребенка, оправдывать отказ признать законными отношения мать – ребенок, которые являются «единственными отношениями, признаваемыми как законно установленные в стране рождения» и которые, таким образом, отвечают правовой реальности.

18 декабря 2017 г. Апелляционный суд Ренна поддержал постановление от 12 января 2017 г., таким образом удовлетворив заявление на внесение данных свидетельства о рождении в отношении связи отец – ребенок, но отклонил указанное заявление в отношении связи мать – ребенок. В постановлении, в частности, было указано, что «учитывая определение матери в свидетельстве о рождении, реальность в значении [статьи 47 Гражданского кодекса Франции] представляет собой сам факт рождения. В то время как закон может меняться таким образом, что в значении [указанного положения] позитивное право допускает исключения из принципа mater semper certa est (мать всегда определена) только в ограниченном числе случаев, предусмотренных законодательством, в контексте полного усыновления (пункт 1 статьи 356 Гражданского кодекса Франции), таким образом, позволяя приемной матери, которая не родила ребенка, должным образом определяться в качестве матери…»

В Кассационный суд заявители не обращались. 12 сентября 2019 г. в ответ на запрос информации от Председателя Палаты Европейского Суда заявители проинформировали Европейский Суд о том, что г-жа D является генетической матерью ребенка.

Жалоба была подана в Европейский Суд по правам человека 2 марта 2018 г. На основании статьи 8 (право на уважение семейной жизни) Европейской конвенции по правам человека, понимаемой отдельно и во взаимосвязи со статьей 14 (запрет на дискриминацию) Конвенции, заявители жаловались на нарушение права ребенка на уважение его частной жизни и на дискриминацию на основании ее «рождения» при реализации своего права.

В постановлении Палаты от 16 июля 2020 г. Европейский Суд единогласно постановил, что

- отсутствует нарушение статьи 8 (право на уважение семейной жизни) Конвенции,

- отсутствует нарушение статьи 14 (запрет на дискриминацию) Конвенции, понимаемую во взаимосвязи со статьей 8 Конвенции.

Европейский Суд отметил, что ранее были вынесены постановления по вопросу правовых отношений родитель – ребенок между ребенком и предполагаемым отцом, когда последний являлся биологическим отцом, по делам «Меннессон против Франции» (Mennesson v. France) и «Лабасс против Франции» (Labassee v. France). Согласно прецедентной практике Европейского Суда наличие генетической связи не означает, что право ребенка на уважение его или ее личной жизни требует установления правовых отношений с предполагаемым отцом, особенно посредством внесения информации из свидетельства о рождении, выданного за рубежом. Европейский Суд не усматривает причин в обстоятельствах, представленных в данном деле, для вынесения иного решения, связанного с признанием правовой связи с предполагаемой матерью, которая является генетической матерью ребенка.

Европейский Суд также указал на консультативное заключение № P16-2018-001 о том, что усыновление несет похожие последствия для регистрации информации из иностранных свидетельств о рождении, когда дело доходит до признания законной связи между ребенком и предполагаемой матерью.

В соответствии со статьями 43 и 44 Европейской конвенции по правам человека данные решения Палаты не являются окончательными. В течение трех месяцев с момента их вынесения любая из сторон может подать ходатайство о пересмотре дела в Большой Палате Европейского Суда.

Photo by Lewis Keegan - Skillscouter.com on Unsplash



Возврат к списку