+7 (499) 350-00-15
Избранное 0

Процессуальные упущения в ходе разбирательства по делу об оспаривании отцовства привели к нарушению прав заявителя

Постановление Европейского Суда по делу «Якушев против Украины» (Yakushev v. Ukraine) от 4 декабря 2018 г., жалоба № 15978/09.

Заявителем по делу является Игорь Викторович Якушев, гражданин Украины, 1971 года рождения, проживающий в г. Малин (Украина). 

Заявитель состоял в отношениях с М. 17 ноября 1993 г. М. родила дочку К. Учитывая, что заявитель имел отношения с М. в соответствующее время, 2 декабря 1993 года он признал отцовство, представив соответствующее заявление компетентным органам власти. 23 марта 2000 года заявитель и М. вступили в брак, однако в 2006 году они расторгли свой брак. 

В июле 2006 года заявитель инициировал разбирательство, оспаривая отцовство К. Заявитель утверждал, что, хотя он был женат на другой женщине в соответствующее время, у него были отношения с М. и он был уверен, что являлся отцом ребенка и поэтому принял отцовство. Однако в 2005 году у него появились основания сомневаться в отцовстве. 

24 марта 2008 г. районный суд вынес решение в пользу заявителя, опираясь на заключение генетической экспертизы, которое исключило возможность того, что заявитель являлся биологическим отцом К. Районный суд отметил, что заявитель имел право оспорить свое отцовство, поскольку в деле не было доказательств того, что он знал, что он не был отцом ребенка, принимая отцовство. 

М. подала апелляционную жалобу, заявив, что с января 1993 года она и заявитель жили вместе, не состоя в зарегистрированном браке, и что у нее никогда не было каких-либо сомнений в отцовстве заявителя. Она утверждала, в частности, что заключение генетической экспертизы не является достоверным. 

29 мая 2008 г. областной суд в рамках рассмотрения дела в апелляционном порядке отменил решение суда первой инстанции и постановил, что в соответствии со статьей 56 Кодекса о семье и браке заявитель не имел права оспаривать свое отцовство, поскольку в то время, когда он признавал отцовство, ему было известно, что он не являлся отцом. В подтверждение этого вывода областной суд отметил, что до рождения К. заявитель и М. не состояли в официальном браке, не жили вместе (отмечая, в частности, что в период с февраля по апрель 1993 года заявитель жил в другом городе) и заявитель состоял в другом браке в соответствующее время. 

Заявитель подал кассационную жалобу, утверждая, что у областного суда не было оснований считать, что на тот момент ему было известно, что он не является биологическим отцом ребенка. Таких доказательств в деле не имелось, и областной суд превысил свои полномочия при вынесении такого решения. 9 сентября 2008 г. Верховный суд Украины отклонил жалобу заявителя как необоснованную. 

Ссылаясь на статьи 6 и 8 Конвенции, заявитель жаловался на то, что он не мог оспорить свое отцовство, поскольку украинские суды произвольно отклонили его иск. Европейский Суд решил рассматривать жалобу только с точки зрения статьи 8 Конвенции. 

Прежде всего, Европейский Суд отметил, что пункт 2 статьи 56 Кодекса о браке и семье Украины в редакции, которая действовала на момент соответствующих событий, предусматривал, что лицо, которое было зарегистрировано в качестве отца ребенка на основании его собственного заявления (или совместного заявления с матерью ребенка) не вправе оспаривать свое отцовство, если при подаче данного заявления он понимал, что он не являлся отцом ребенка. 

Европейский Суд отметил, что ранее он рассматривал дела, в которых мужчина хотел инициировать дело об оспаривании своего отцовства. Суд неоднократно приходил к выводу о том, что разбирательство, касающееся установления отцовства или оспаривания отцовства, касается «частной жизни» этого человека в соответствии со статьей 8 Конвенции. 

Суд отметил, что суть жалобы заявителя в настоящем деле заключается не в том, что государство должно было воздержаться от действий, а в том, что украинские суды не смогли решить вопрос о его биологических отношениях с ребенком, обеспечив тем самым «уважение частной жизни» заявителя. 

Европейский Суд отметил, что в настоящем деле областной суд не исследовал и не попытался сбалансировать соответствующие интересы, в частности интересы предполагаемого отца и ребенка. Украинский суд не провел такой оценки, поскольку в конечном счете постановил, что заявитель не имеет права оспаривать свое отцовство на том основании, что на момент признания отцовства он знал, что он не являлся биологическим отцом ребенка. 

Суд повторил, что он не может ставить под сомнение оценку доказательств, проведенную внутригосударственными органами, если отсутствуют явные признаки произвола. О проявлении произвола может свидетельствовать совокупное воздействие процессуальных нарушений со стороны внутригосударственных судов, приводящее к нарушению статьи 8 Конвенции. 

Для Европейского Суда осталось неясным, почему областной суд полностью проигнорировал важную часть представлений сторон и рассмотрел жалобу на основаниях, которые никогда не выдвигались ни одной из сторон в споре. Кроме того, при вынесении столь важного заключения о фактической стороне дела, которое являлось совершенно новым выводом и, как представляется, вызвало удивление у обеих сторон, областной суд представил общую аргументацию, основанную лишь на предположении, не подкрепленном какими-либо конкретными доказательствами. Важно подчеркнуть, что это новое заключение по вопросам факта было основано на тех же материалах дела и доказательствах, которые были рассмотрены судом первой инстанции в полном объеме. Однако областной суд отменил соответствующие выводы суда первой инстанции, не сославшись на какие-либо новые доказательства и не объяснив, почему фактические выводы суда первой инстанции были ошибочными. Несмотря на обращение заявителя с кассационной жалобой Верховный суд не рассмотрел эти вопросы. В таких обстоятельствах Суд не может прийти к выводу о том, что процесс принятия решения был справедливым и свободным от произвола. 

Соответственно, вышеуказанные процессуальные нарушения заставляют Суд сделать вывод о том, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции. Европейский Суд обязал выплатить заявителю 4 500 евро в качестве компенсации морального вреда и 1 000 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек.



Возврат к списку