+7 (499) 350-00-15
Избранное 0

Нарушение прав заявителя, который отказался давать показания против своей жены, имевшей статус «особого свидетеля» по уголовному делу

Постановление Европейского Суда по делу «Крижявичюс против Литвы» (Kryževičius v. Lithuania) от 11 декабря 2018 г., жалоба № 67816/14.

Заявителем по делу являлся гражданин Литвы Донатас Крыжевичюс 1983 года рождения, проживающий в г. Паланге (Литва). 

Дело касалось попыток литовских властей заставить заявителя давать показания по уголовному делу, в котором его жена имела статус «особого свидетеля», и последующей невозможности для заявителя обжаловать в суде вышестоящей инстанции наложенный на него штраф в связи с его отказом давать показания. 

В 2012 году жена заявителя оказывала бухгалтерские услуги компании М. от имени компании А. Заявитель был директором компании А., а его жена – финансовым директором. Директор компании М. подал жалобу в полицию, в которой утверждал, что жена заявителя во время своей работы на его компанию незаконно выводила активы его бизнеса в другие компании, включая компанию А. Полиция начала расследование в ноябре 2013 года. 

В декабре того же года жене заявителя был предоставлен статус «особого свидетеля». Этот статус позволяет прокурору допрашивать в качестве свидетеля лиц, которые могут дать показания о своей возможной преступной деятельности. 

9 апреля 2014 г. заявитель был вызван на допрос в качестве свидетеля. Он отказался давать показания по поводу действий его жены по выплатам в пользу компании А. и впоследствии был оштрафован. Он оспорил этот штраф, подав жалобу вышестоящему прокурору и в районный суд, утверждая, что соответствующее положение закона, позволяющее членам семьи подозреваемого отказаться от дачи показаний, должно также быть применимо и к членам семьи «особого свидетеля», но его жалобы были отклонены. Решение районного суда было окончательным.

Ссылаясь, в частности, на статью 8 Конвенции о правах человека и основных свобод (право на уважение частной и семейной жизни), заявитель жаловался на то, что власти нарушили его право на семейную жизнь, потребовав от него дать показания против своей жены. 

Жалоба была подана в Европейский Суд по правам человека 10 октября 2014 г. 

Европейский Суд отметил, что ранее он уже устанавливал, что попытка заставить какое-либо лицо давать показания в уголовном процессе против лица, с которым это лицо состояло в родственных отношениях, представляет собой вмешательство в его право на уважение семейной жизни. Поэтому, чтобы определить, имело ли место такое вмешательство в настоящем деле, Суд изучил вопрос о том, аналогичен ли статус «особого свидетеля», который был предоставлен жене заявителя, статусу подозреваемого в той мере, в какой можно было бы сказать, что уголовное расследование было направлено «против» нее. 

Суд отметил, что в соответствии с законодательством Литвы статус «особого свидетеля» предоставляется лицу, которое может быть допрошено в связи с его возможной преступной деятельностью, хотя на данном этапе расследования недостаточно доказательств для официального объявления данного лица подозреваемым. В соответствии с рекомендациями, принятыми Генеральным прокурором, этот статус можно считать чем-то средним между статусом так называемого «обычного» свидетеля, который не имеет процессуального интереса в исходе дела, и статусом подозреваемого. Некоторые права, которые, как правило, предоставляются подозреваемому, такие как право на адвоката и освобождение от ответственности за отказ от дачи показаний или дачу ложных показаний, применимы и к «особым свидетелям». 

По мнению Суда, в соответствии с литовским законодательством статус «особого свидетеля» близок к статусу подозреваемого по ряду важных аспектов. Предоставление жене заявителя статуса «особого свидетеля» в ходе предварительного следствия стало свидетельством того, что власти имели, по крайней мере, некоторые основания подозревать, что она принимала участие в преступной деятельности, а это, в свою очередь, помешало органам власти допросить ее как обычного свидетеля. 

Таким образом, Суд счел, что наказание заявителя за отказ от дачи показаний в рамках уголовного разбирательства, в ходе которого его жена имела статус «особого свидетеля», представляло собой вмешательство в его право на уважение семейной жизни, в связи чем возражения властей государства-ответчика в отношении применимости статьи 8 Конвенции были отклонены. 

В своей практике, касающейся привилегии отказа от дачи показаний членами семьи в отношении лиц, подозреваемых в совершении преступлений, Суд ранее признал, что в таких ситуациях речь идет о двух конкурирующих публичных интересах: о публичном интересе в судебном преследовании лиц, совершивших преступление, и о публичном интересе в защите семейной жизни от вмешательства государства. 

По мнению Суда, в настоящем деле не требуется оценивать, совместим ли статус «особого свидетеля» как такового с Конвенцией, или какие конкретные права должно иметь лицо, имеющее этот статус. Однако Суд отметил, что ни один из законодательных актов Литвы, касающихся статуса «особого свидетеля», не затрагивал вопрос о привилегиях членов семьи и близких родственников таких лиц. Кроме того, ни в пояснительной записке к проекту поправки УПК Литвы, ни в рекомендациях, принятых генеральным прокурором, не содержатся какие-либо аргументы относительно того, почему, несмотря на сходство между статусом «особого свидетеля» и подозреваемого, привилегия не давать показания должна предоставляться лишь членам семьи и близким родственникам подозреваемых. При таких обстоятельствах Европейский Суд полагает, что власти Литвы в деле заявителя должны были предоставить уместные и достаточные основания для отказа в предоставлении заявителю свидетельской привилегии. 

В своих жалобах в органы государственной власти Литвы заявитель утверждал, что статусы «особых свидетелей» и подозреваемых были достаточно схожими, и, следовательно, привилегия членов семьи, предусмотренная в пункте 2 статьи 82 УПК Литвы, должна применяться и к нему. Однако ни вышестоящий прокурор, ни районный суд по существу не рассмотрели доводы заявителя и не приняли к сведению его конкретные обстоятельства;. Они просто сослались на текст вышеупомянутого положения.

Власти государства-ответчика также в своих представлениях в Суд не привели каких-либо аргументов относительно того, почему привилегия не давать показания была ограничена лишь членами семьи и близкими родственниками подозреваемого. Кроме того, власти государства-ответчика, похоже, сами признали некоторую степень сходства между этими двумя статусами, утверждая, что «на практике» рассматриваемая привилегия предоставлялась ​членам семьи и близким родственникам «особых свидетелей». 

В свете вышесказанного Европейский Суд пришел к выводу о том, что органы власти не смогли продемонстрировать, что принуждение заявителя к даче показаний в рамках уголовного процесса, в котором его жена имела статус «особого свидетеля», было «необходимым в демократическом обществе» по смыслу статьи 8 Конвенции. Следовательно, имело место нарушение права заявителя на уважение его семейной жизни. 

Европейский Суд обязал выплатить заявителю 357 евро в качестве компенсации материального ущерба, 3 000 евро в качестве компенсации морального вреда, а также 605 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек.



Возврат к списку