+7 (499) 350-00-15
Избранное 0

Налоговая проверка и обыск в помещении компании-заявителя с изъятием ряда документов не нарушило ее прав

Постановление Европейского Суда по делу «Эрдуран и Компания «Эм Экспорт Диш Тик» против Турции» (Erduran and Em Export Dış Tic A.Ş. v. Turkey) от 20 ноября 2018 г., жалобы №№ 25707/05 и 28614/06. 

Заявителями по делу являлись Мехмет Эрдуран, гражданин Турции, 1941 года рождения, проживающий в г. Стамбул, и зарегистрированная в Турции компания «Эм Экспорт Диш Тик». Мехмет Эрдуран являлся директором указанной компании. 

Дело касалось налоговой проверки компании-заявительницы, в том числе выемки документов, что повлекло выплату крупной суммы налогов и штрафов. 

В 2000 году компания-заявительница получила 1,6 трлн. турецких лир (около 2,9 млрд евро в соответствующий период времени) от государственной компании, занимающейся черной металлургией, в рамках урегулирования контрактного спора. 

Органы власти начали налоговую проверку компании-заявительницы, которая длилась с августа 2000 года по май 2002 года. В ходе проверки налоговыми инспекторами на основании решения суда были изъяты и опечатаны различные документы компании. Налоговая проверка выявила нарушения в ведении бухгалтерского учета и в уплате налогов компанией-заявительницей, в частности, в отношении суммы денег, которую она получила от государственной металлургической компании. Некоторые документы по сделкам партнеров отсутствовали, и компания не декларировала прибыль от валютных инвестиций. 

Налоговая служба обязала компанию выплатить крупные суммы налогов и штрафов за 2000 и 2001 годы. Компания-заявительница обратилась в суд и добилась снижения налога за 2001 год, а также аннулирования предварительной суммы налога на прибыль за 2000 год. Суды оставили в силе наложенные на компанию штрафы, а также или отклоняли, или не принимали к рассмотрению доводы компании о том, что выемка и проверка были незаконными. В 2004 и 2005 годах компания-заявительница произвела несколько платежей в налоговую инспекцию за 2000 и 2001 годы. 

Ссылаясь, в частности, на статью 8 Конвенции (право на уважение частной и семейной жизни), заявители жаловались на то, что обыск в их служебных помещениях и изъятие ряда документов не были проведены в соответствии с турецким законодательством. 

Европейский Суд отметил, что стороны были согласны в том, что обыск помещений компании-заявительницы и изъятие ряда документов представляли собой вмешательство в право на уважение «жилища», гарантированного статьей 8 Конвенции.

Европейский Суд напомнил, что выражение «в соответствии с законом» требует не только, чтобы оспариваемая мера имела определенную основу в законодательстве государства-ответчика, но и указывает на качество закона. Когда законодательство допускает вмешательство, оно должно быть достаточно доступным, точным и предсказуемым в плане его применения с тем, чтобы избежать любого риска произвола. 

Европейский Суд отметил, что как Налоговый кодекс, так и действовавший в то время Уголовно-процессуальный кодекс Турции содержали подробные положения, касающиеся обыска и изъятия предметов и документов. 

Обыск в помещениях компании и изъятие документов были произведены на основании решения, вынесенного Магистратским судом г. Шишли по ходатайству официального органа. Помимо указания на наличие признаков уклонения от уплаты налогов, что является предварительным условием для подачи такого ходатайства в соответствии со статьей 142 Налогового кодекса, имелись также сведения о предыдущих посещениях налоговым инспектором данной компании и указание на то, что представители компании-заявителя препятствовали работе налоговых инспекторов. В этих обстоятельствах Европейский Суд удовлетворен тем, что решение об обыске и выемке документов было выдано на разумных основаниях. 

Как таковой, уход от уплаты налогов является серьезным правонарушением, особенно в таких случаях, как настоящее дело, где подозрение в уклонении от уплаты налогов было связано со значительной суммой – около 77 000 евро. 

Что касается вопроса о том, была ли сфера действия решения об обыске и изъятии документов разумно ограничена, то Европейский Суд считает, что это решение было сформулировано в весьма широких выражениях. Поэтому Европейский Суд рассмотрел вопрос о том, были ли недостатки в ограничении объема решения об обыске компенсированы достаточными процессуальными гарантиями, способными защитить компанию-заявительницу от какого-либо злоупотребления или произвола. 

Европейский Суд отметил, что в Налоговом кодексе содержатся подробные положения, предусматривающие ряд процессуальных гарантий в отношении обыска и выемки документов для целей налоговой проверки. Кроме того, действовавший в то время Уголовно-процессуальный кодекс содержал дополнительные гарантии. 

Европейский Суд отметил, что обыск был проведен двумя инспекторами в присутствии первого заявителя, сотрудников компании-заявителя и двух сотрудников полиции. Инспекторы опечатали документы, которые они сочли необходимыми для проверки, и указали, что инвентаризация будет составлена позднее. Европейский Суд отмечает, что в соответствии со статьей 143 Налогового кодекса такая инвентаризация действительно была составлена после того, как были сорваны пломбы с сумок, где находились документы. Письмом, отправленным примерно за месяц до вскрытия сумок, представителю компании-заявительницы было предложено присутствовать во время данной процедуры. Однако ни первый заявитель, ни любое другое лицо, представляющее компанию-заявительницу, не приняли данное приглашение. В этих обстоятельствах Европейский Суд считает, что компания-заявительница косвенно, но однозначно отказалась от важной гарантии, предоставляемой ей турецким законодательством. Данная гарантия позволила бы компании-заявительнице выполнить постфактум проверку содержимого сумок с документами для того, чтобы определить, были ли действительно изъяты документы, которые не имели отношения к налоговой проверке. 

Европейский Суд также отметил, что компания-заявительница не предприняла каких-либо шагов для проверки документов, изъятых, как в ходе налоговой инспекции, так и в ходе последующего разбирательства. Компания-заявительница также не обращалась с ходатайствами о возвращении своих документов. В соответствии со статьей 145 Налогового кодекса компания-заявительница могла вернуть изъятые документы при условии, что ее представители подписали бы протоколы, составленные инспектором в ходе проверки. Это позволило бы компании получить доступ к документам и представить любые замечания, которые она хотела бы высказать в отношении выводов инспектора до завершения налоговой проверки. 

Хотя Европейский Суд счел, что решение, разрешающее обыск и изъятие книг учета и других документов, имеющих значение для налоговой проверки, было составлено в очень широких выражениях, в свете вышеизложенного Суд установил, что данное решение было основано на соответствующих и достаточных доводах, а также имелись адекватные гарантии против злоупотреблений и произвола 

С учетом обстоятельств дела в целом, Европейский Суд пришел к выводу о том, что органы власти Турции, действуя в пределах своего поля усмотрения, смогли найти справедливый баланс между правом компании-заявительницы на уважение своего «жилища» и преследуемой законной цели.

Соответственно, нарушения статьи 8 Конвенции по данному делу допущено не было. 

Совпадающее мнение по данному делу высказал судья П. Лемменс (избранный от Бельгии).



Возврат к списку