+7 (499) 350-00-15
Избранное 0

Увольнение присоединившегося к забастовке машиниста поезда привело к нарушению права на объединение

Постановление Европейского Суда по делу «Огневенко против Российской Федерации» (Ognevenko v. Russia) от 20 ноября 2018 г., жалоба № 44873/09. 

Заявителем по делу является Огневенко Алексей Анатольевич, гражданин Российской Федерации, 1972 года рождения, проживающий в г. Железнодорожный.

Заявитель работал машинистом в компании «Российские железные дороги» в Московской области и являлся членом Российского профсоюза железнодорожников. 

В апреле 2008 года профсоюз решил объявить забастовку после неудачных переговоров о заработной плате и премиях. Железнодорожная компания не обращалась в суд за тем, чтобы признать забастовку незаконной, и заявитель принял в ней участие. Заявитель прибыл на работу в день забастовки, но отказался выполнять свои обязанности. Забастовка вызвала задержки на участке, где он работал. 

В июле 2008 года заявитель был уволен за два нарушения дисциплинарных правил, одно из которых было совершено в 2007 году и не имело какого-либо отношения к деятельности профсоюза, а другое правонарушение состояло в отказе исполнения своих обязанностей во время забастовки. Заявитель оспорил свое увольнение из-за участия в забастовке, однако в августе 2008 года суд первой инстанции признал увольнение заявителя законным.

Российский суд сослался на законы «О железнодорожном транспорте» от 1995 и 2003 годов, которые по соображениям безопасности запрещали забастовки работников, отвечающих за движение поездов и обслуживание пассажиров. Указанные запреты охватывали деятельность заявителя в качестве машиниста поезда. 

Российский суд также сослался на заключение прокурора, в котором сообщалось, что забастовка привела к отмене рейсов и задержке поездов, а также нарушила права других лиц. Безопасность пассажиров также оказалась под угрозой, поскольку люди вынуждены были собираться в большом количестве на платформах. В январе 2009 года апелляционная жалоба заявителя была отклонена. 

Заявитель жаловался на то, что его увольнение из-за участия в забастовке являлось нарушением статьи 11 Конвенции (свобода собраний и объединений). 

Жалоба была подана в Европейский Суд по правам человека 28 июля 2009 г.

Европейский Суд, прежде всего, отметил, что рассматриваемым положением Конвенции также охватывается членство в профсоюзах и что статья 11 Конвенции защищает право на забастовку. Хотя в соответствии со вторым пунктом статьи 11 Конвенции органы государственной власти могут налагать законные ограничения на определенные категории государственных служащих, такие ограничения должны быть обоснованы убедительными и вескими причинами. 

В Российской Федерации некоторым категориям работников железной дороги было запрещено бастовать, и Европейскому Суду необходимо определить, оправдано ли такое вмешательство в конвенционные права. Власти государства-ответчика утверждали, что вмешательство было оправдано, ссылаясь на тот факт, что железнодорожный транспорт является одной из жизнеобеспечивающих служб, которая сильно влияет на экономику и затрагивает интересы других людей, включая их безопасность. 

Европейский Суд отметил, что Международная организация труда и Европейский комитет по социальным правам согласились с тем, что некоторые лица, занятые в определенных сферах, в таких, как вооруженные силы или полиция, могут подвергаться ограничениям на проведение забастовок. Однако ни один из вышеупомянутых органов не считает транспортный или железнодорожный сектор жизнеобеспечивающей службой в этой связи, и оба органа критиковали подход Российской Федерации за то, что работникам, работающим на железнодорожном транспорте, запрещается бастовать. Европейский Суд не усмотрел оснований отходить от международной практики в отношении определения службы жизнеобеспечения и не может рассматривать железнодорожный транспорт в качестве такой службы. 

Даже если предположить, что это все же не так, такое ограничение, как полный запрет на забастовку, требует серьезного обоснования, и лишь одна перспектива финансовых потерь от соответствующей деятельности не может считаться достаточной причиной. Рассматривая забастовку, в которой участвовал заявитель, Европейский Суд установил, что власти государства-ответчика не обосновали свой аргумент о том, что действия заявителя причинили ущерб в виде задержки пассажирских и грузовых поездов или что регулирование доступа к платформам находилось вне контроля Российских железных дорог.

Европейский Суд также рассмотрел качество процесса принятия решения по вопросу об общей мере в виде запрета забастовки отдельных работников железной дороги и решения об увольнении заявителя. 

В частности, власти государства-ответчика не представили какой-либо информации о разъяснении выбора данной категории работников, о том, рассматривались ли альтернативы такому запрету или же работники железнодорожного транспорта располагают такими гарантиями, как примирение и арбитраж, которые им компенсировали бы отсутствие права на забастовку. 

Дело заявителя наглядно иллюстрирует указанные выше вопросы. В конечном счете российским судам было предложено лишь рассмотреть вопрос о формальном соблюдении закона и не удалось сбалансировать право заявителя на свободу собраний с конкурирующими общественными интересами. Заявитель был уволен за нарушение дисциплинарных правил, то есть за меру, которая неизбежно оказывает «охлаждающее воздействие» на членов профсоюза, принимающих участие в забастовке для защиты своих интересов. Таким образом, наказание заявителя было непропорциональным ограничением его права на свободу собраний и привело к нарушению статьи 11 Конвенции. 

Европейский Суд отклонил, как явно необоснованную, жалобу заявителя по статье 6 Конвенции (право на справедливое судебное разбирательство) на то, что суды якобы не имеют полномочий объявлять забастовку незаконной, то есть они не являются «судом, созданным на основании закона». Ничто не свидетельствует о том, что суды не обладают такими полномочиями, и они в любом случае выносили решения лишь о законности участия заявителя в забастовке, а не о законности забастовки в целом.

Европейский Суд шестью голосами против одного обязал выплатить заявителю 2 000 евро в качестве компенсации материального ущерба, 6000 евро в качестве компенсации морального вреда и 2500 евро в качестве компенсации расходов и судебных издержек.

Особое мнение по делу высказал судья Д. Дедов (избранный от Российской Федерации). 




Возврат к списку